Издательство Меринг Букс (Mehring Books) опубликовало книгу работ Александра Воронского на английском языке, которая представляет собой важное культурное событие. А.Воронский был выдающейся фигурой послереволюционной советской интеллектуальной жизни, редактором наиболее значительного литературного журнала 20-х годов в СССР Красная Новь, а также сторонником Льва Троцкого и Левой оппозиции в борьбе против сталинизма. В качестве защитника писателей-"попутчиков", а также как оппонент пролеткультовского движения, Воронский был одним из аутентичных представителей классического марксизма в области литературной критики ХХ столетия. Его работы также очень связаны с современным кризисом перспектив в искусстве.
В конце 20-х годов Воронский был исключен из Коммунистической партии, арестован и отправлен в ссылку, после чего был снова арестован и казнен в 1937 году, во время сталинского террора. Сталинистская бюрократия изъяла все его книги из советских библиотек и по существу выбросила его имя из советской истории. После "реабилитации" Воронского в 1957 году в Советском Союзе были опубликованы несколько сборников его работ, однако в очень усеченном виде. Настоящее английское издание включает в себя все сокращенные ранее места.
Книга, которая впервые появляется на английском языке, содержит важнейшие литературно-критические работы Воронского, включая статью "Искусство как познание жизни и современный мир", равно как и его работы о Толстом и Фрейде, газетные статьи, сатирические заметки, два письма, адресованных его палачам, а также приложение, состоящее из шести документов, которое существенным образом помогает понять суть событий 20-х годов.
Переводчик книги Фредерик С.Чоут (Frederick S. Choate) является преподавателем русской литературы в Калифорнии. Он проделал также большую работу по исследованию социалистической оппозиции в СССР против сталинистского режима.
ISBN 0-929087-76-3/ CIP 97-43107 528 pages with glossary, biographical notes, name index, subject index and index of literary works and characters $29.95 plus shipping and handling
В своем вступительном слове при продаже книги А.Воронского в нью-йоркском Мировом центре торговли (World Trade Center) в пятницу 25 сентября Фредерик Чоут сказал, в частности, следующее:
В продолжение последних нескольких десятилетий в литературной критике доминировали, главным образом, структурализм, постструктурализм, деструктивизм, постмодернизм и течения, связанные с культом Бахтина. Даже в том случае, если признавалось значение марксистской литературной критики, наиболее часто упоминаемыми именами были Лукач, Адорно (и другие представители Франкфуртской школы), Реймонд Уильямс (Williams), Тэрри Иглтон (Eagleton) или Фридрик Джеймсон (Jameson). Странно, что советские литературные критики очень редко всерьез упоминаются на Западе; по этой причине я надеюсь, что данное собрание статей Александра Воронского явится приятным сюрпризом.
Не случайно, что о Воронском известно довольно мало. После того, как он принял участие в деятельности Левой оппозиции, возглавляемой Львом Троцким, Воронский был казнен в 1937 году и вычищен из официальной советской истории. Его книги были изъяты из библиотек и становилось все более сложно получить надежную информацию о его жизни и эволюции его взглядов на литературу. Мы знаем, что Воронский был редактором крупнейшего советского литературного журнала 20-х годов. В продолжение относительного короткого периода времени между 1921-1927 гг. он сумел написать серию блестящих статей, прежде чем его заставили замолчать как литературного критика сталинизма.
Для того, чтобы лучше понять значение его работ, я хотел бы сделать краткий обзор жизни Воронского. Он родился в 1884 году в Тамбовской губернии. В 1904 году Воронский вступил в большевистскую партию, в то время, когда он проходил обучение, чтобы стать священником. В 1905 году он возглавил студенческое восстание и был исключен из Тамбовской семинарии. Вскоре после этого он принял участие в революции 1905 года в Петербурге. В 1906 году он был арестован, провел один год в заключении, был снова арестован в октябре 1907 года и сослан еще на два года. В 1912 году Воронский принял участие в Пражской конференции, где он встретился с Лениным, Зиновьевым, Каменевым, Орджоникидзе и другими лидерами большевиков. Вскоре после возвращения в Россию он был вновь арестован и отправлен в ссылку.
После Февральской революции 1917 года он играл одну из лидирующих ролей в Минском Совете солдатских депутатов. Затем принимал участие в установлении советской власти в Одессе. Когда Одесса была захвачена германскими войсками в 1918 году, Воронский перебрался в Иваново, крупнейший текстильный центр и один из оплотов большевиков. Там он руководил партийным комитетом города и редактировал газету Рабочий край. В продолжение 1918-1920 годов Воронский написал более 400 статей для этой газеты, которая сумела завоевать репутацию лучшей провинциальной газеты России. Приглашенный в Москву в 1921 году, он встретился с Лениным, Крупской и Горьким для того, чтобы обсудить вопрос об издании "толстого" литературного журнала Красная новь.
В качестве редактора этого журнала Воронский публиковал Горького, Есенина, Маяковского, Пильняка, Иванова и многих других писателей, которые были очень активны на литературном поприще в ранний советский период. Наряду с этим он выступал с резкой оппозицией многим (часто молодым и слабо образованным) коммунистам в движении "Пролетарской культуры". Сторонники пролеткульта утверждали, что новая пролетарская культура будет создана новым правящим классом, который вырос во время социалистической революции, подобно тому, как новая культура была создана буржуазией в продолжение великих буржуазных революций.
Троцкий подверг критике пролеткультовцев в серии статей 1922-1923 годов, которые позднее были опубликованы в виде книги Литература и революция. Он объяснил, что следующие десятилетия будут трудным периодом войн и революций и временем, когда пролетариат будет завоевывать власть во всемирном масштабе. В этот момент он начнет упразднять себя как класс; другими словами, новая культура будет основываться на универсальных гуманистических принципах солидарности и равенства в новом, бесклассовом обществе. Не имея возможности доступа к культуре при господстве буржуазии, пролетариат не будет иметь время для того, чтобы развить новую культуру перед тем, как он потеряет свою классовую идентичность. По этой причине никогда не было и никогда не может быть по-настоящему "пролетарской культуры". Воронский защищал эти взгляды во множестве статей, собранных в опубликованной антологии.
В 1923 году Воронский подписал Письмо 46-ти в поддержку критических выступлений Троцкого, направленных против растущей бюрократизации Коммунистической партии. Начиная с этого момента положение Воронского складывалось параллельно тому, как изменялось положение Троцкого. Когда Троцкий был снят с поста Наркомвоенмора в январе 1925 года, Воронский был снят с поста редактора Красной нови. Когда Горький и Есенин угрожали прекратить публикации своих работ в советских журналах, Воронский был возвращен на свой пост. Вскоре после подписания Заявления 83-х летом 1927 года Воронский был исключен из партии. Это случилось в феврале 1928 года. Его не арестовывали вплоть до января 1929 года, когда он был отправлен в ссылку в Липецк. Как написала Надежда Иоффе в своих воспоминаниях под названием Время назад, ""прибытия" в это время регулировались "отправками"". Воронскому было разрешено вернуться в Москву осенью 1929 года, потому что он подписал письмо, в котором заявлял, что отошел от Левой оппозиции. В мае 1930 года он был восстановлен в членах партии.
Существует определенное доказательство того, что Воронский продолжал оставаться в оппозиции, по крайней мере, до 1932 года, несмотря на то, что пристальный надзор полиции делал невозможным какую-либо открытую оппозиционную активность. Ему не позволяли публиковаться в качестве литературного критика, однако разрешили работать в качестве редактора в государственном книгоиздательстве. Вскоре после убийства Кирова в декабре 1934 года Воронский был снова исключен из партии, теперь уже в последний раз. 1 февраля 1937 года он был арестован, предстал 13 августа перед 20-минутным судом и сразу же после этого был казнен. Он являлся одним из представителей целого поколения марксистов, которых Сталин уничтожил во время Большого террора 1936-1938 годов.
Я не могу сейчас касаться многих тем, которые освещены в статьях Воронского, однако мне хотелось все же упомянуть о некоторых из них. Вслед за Белинским и Плехановым Воронский подчеркивал, что искусство является средством познания; благодаря мышлению образами, художник познает мир для того, чтобы изменить его. В искусстве, однако, огромную роль играет интуиция и подсознательное. На основании этих взглядов Воронского обвиняли в принадлежности к сторонникам Бергсона и Фрейда (чего никогда не было). Он подчеркивал, что задача критики заключается в оценке как социологических, так и эстетических моментов в произведении искусства. Что касается первого элемента, то он является относительно ясным (классовая позиция художника).
Второй элемент определить бывает намного сложнее. Он связан с отношением между прекрасным и истиной (например, Воронский разделял идею Плеханова о том, что фальшивая идея не может найти себе прекрасную форму или же она может сделать это только в очень ограниченном смысле). Воронский все более интересовался психологией творческого процесса, исследуя отношения между субъективным и объективным, а также отношения между социальным и индивидуальным. Во всех этих сферах многие из идей Воронского остались незавершенными. Мы не знаем, куда бы он двигался, если бы сталинизм не заставил его молчать. Однако одна вещь является ясной: он не был прародителем социалистического реализма, который был кодифицирован на 1-ом съезде Советских писателей в августе 1934 года и превратился в средство полицейского удушения советской литературы. Несмотря на приглашение, Воронский отказался принять участие в этом съезде.
В момент, когда он был расстрелян в 1937 году, Воронскому шел 53 год. В 1957 году он был официально "реабилитирован" и несколько сильно подвергнутых цензуре сборников его работ были опубликованы в Советском Союзе. Сокращения, сделанные во многих его важнейших статьях, восстановлены в данном английском издании. Многое еще остается такого, что можно написать и сказать по поводу Воронского, и я приглашаю вас задавать любые вопросы по поводу этого замечательного марксистского критика и его в равной степени замечательных творений.