Баранья конституция.

(Конференция Гомперса и Кº.)

Вашингтонская конференция чиновников Американской Федерации Труда созвана была по требованию правительственного Совета Национальной Обороны, в состав которого входит председатель Федерации С. Гомперс. Уже эта инициатива созыва конференции предопределяла ее задачи: дело шло не о совещании представителей рабочего класса для борьбы против войны и милитаризма, а о заговоре юнионных чиновников для закабаления рабочего класса милитаризму. Именно для этой цели Вильсон своевременно ввел тщеславного Гомперса в Совет Обороны. Именно для этой цели Гомперс созвал конференцию своей собственной «администрации». И результат получился именно тот, на который рассчитывали заправилы: администрация юнионов поклялась в верности администрации государства.

В центре патриотической клятвы стоит, разумеется, долг «национальной обороны». Гомперс и его люди не делают на этот счет никаких ограничений и никаких изъятий. Они обещают свои услуги — «во всех направлениях» — для «защиты, обеспечения и поддержания республики против ее врагов, кто бы они ни были». Они отказываются заранее от лицемерных адвокатских различений между «оборонительной» и «наступательной» войной. Империалистическая республика будет во всякой войне иметь нужду в поддержке рабочих, — и Гомперс обещает их поддержку для всякой войны. А в данный момент — и это самое главное — он обещает свою поддержку для проведения обязательной воинской повинности.

Администрация юнионов присоединяет к этой клятве вассальной (крепостной) верности целый ряд благопожеланий, адресованных к администрации государства. Рабочие (т.-е. чиновники юнионов) должны быть представлены в военных организациях. Рабочие должны иметь голос в определении условий своей службы. Капитал должен быть привлечен к несению материальных тягот войны и пр. и пр.

Как ни пышно звучат некоторые из этих условий, все они являются по существу не только ничтожными, но и глубоко унизительными для рабочего класса. Предавая молодые поколения рабочих в руки милитаризма, профессиональные вожаки юнионов требуют для себя права подавать и свой голос при обсуждении того, каким путем государственный Молох будет пожирать эти поколения. Старые заслуженные бараны требуют у мясника своего представительства на бойне. Они соглашаются на истребление бараньего рода, но с соблюдением правил и обрядностей бараньей конституции.

Чем, однако, гарантировано это соблюдение? На этот счет рабский документ Гомперса и Кº отличается крайним косноязычием. С одной стороны, государству обещается поддержка — против всех врагов и при всяких условиях. С другой стороны, эта поддержка как бы ставится в зависимость от соблюдения правительством известных условий.

Но принципиальная позиция Вильсона будет после вашингтонской конференции гораздо тверже, чем позиция Гомперса. При первом же практическом столкновении с юнионными организациями правящие классы этой страны скажут им то же, что говорили в подобных случаях правящие классы Англии, Германии или Франции своим социал-патриотам: «защита отечества, по вашему собственному признанию, есть первейший долг пролетариата; в таком случае за выполнение этого долга вы не имеете права требовать на чай». Если американский рабочий класс обязан «лойяльно» проливать свою кровь за империалистское отечество то он должен выполнять этот долг независимо от того, будет или не будет Гомперс призван в министерство труда и повысят ли или понизят заработную плату амуниционных рабочих на 10 сентов в день.

В решениях вашингтонской конференции тупой консервативный американский юнионизм находит свое логическое завершение и вместе с тем свою отвратительную карикатуру. Гомперсизм состоит в признании капитализма неизменным строем и в стремлении добиться для пролетариата «благоприятной» промышленной конституции на неприкосновенных основах капиталистической эксплоатации. Но капитализм стал империализмом. Империализм вовлекает страну в войну. Гомперс коленопреклоненно приемлет милитаризм и войну, как он до сих пор принимал капитализм. Как и раньше, он стремится — теперь уже на основе войны — добиться «благоприятной» конституции для приносимых в жертву рабочих масс.

Если борьба с Гомперсом была крайне трудной в условиях «мирного» развития американского капитализма, когда верхи рабочего класса могли получать более или менее крупные крохи со стола буржуазии, то теперь, когда дело идет о беспощадном милитаристском закабалении и военном распятии пролетариата позиция социалистов в борьбе с гомперсизмом является несравненно более благоприятной. Противоречие между завоеваниями бараньей конституции и страшными бедствиями, какие несет рабочим война, будет слишком очевидным, слишком вопиющим, чтоб самые закоснелые мозги не стали восприимчивее к слову социалистической критики и революционного призыва. Нужно только, чтоб мы сами, социалисты, были на высоте. Никаких уступок государству, милитаризму, патриотизму. Никаких сделок с гомперсизмом. Юнионная бюрократия вступила в заговор с бюрократией капитала. Беспощадная борьба против той и другой должна стать нашим заветом!

«Новый Мир», 15 марта 1917 г.