Наследие марксизма

logo Copyright: Iskra Research; September 1994

Марксизм, есть научная доктрина, руководящая борьбой рабочего класса за освобождение всего человечества от рабского наследия эксплуатации человека человеком, экономического, физического и морального гнета. Как и классовая борьба, породившая эту доктрину, марксизм не терпит перерыва. Идеологическая и политическая преемственность марксизма, имеет предисторию во всем подъеме человеческой цивилизации, в трудах великих мыслителей эпохи Ренессанса. По настоящему, как наука, марксизм начался с публикации "Коммунистического Манифеста" в 1847 г. Преемственность марксизма проходит сквозь борьбу Карла Маркса и Фридриха Энгельса за организацию Первого Интернационала; сквозь опыт, продлившегося всего 71 день первого рабочего правительства - Парижской Коммуны; ведет к борьбе за построение могучих национальных социалистических партий и их объединению во Втором Интернационале. После их крушения в августе 1914 года марксизм ведет к борьбе интернационалистов под руководством Ленина, Люксембург и Троцкого против социал-патриотизма за идею международной социалистической революции; сквозь Октябрьскую революцию и Гражданскую войну под руководством Ленина и Троцкого к учреждению Третьего Интернационала в 1919 году.

Борьба за марксизм против его бюрократического извращения от рук "старых большевиков" — держателей государственной власти в СССР, была начата самим Лениным в его последних политических письмах и статьях, где он указал на опасность бюрократического перерождения большевизма. Эта борьба приняла острую форму осенью 1923 года, когда Ленин оказался навсегда выбитым из строя борцов за мировой коммунизм.

Левая Оппозиция

Борьба, которую начала Левая Оппозиция внутри РКП(б) осенью 1923 года, оказалась гораздо продолжительней и трудней, чем кто либо предполагал. Начиная с 1923 года, мировой пролетариат потерпел ряд тяжелых политических и идеологических уронов: потеря революционной инициативы в Германии в 1923 году, поражение всеобщей забастовки в Англии в 1926 году, разгром Второй Китайской революции от рук Чан Кай-Ши в 1927 г. Эти поражения, равно как и тяжелое наследие экономической отсталости и малокультурности России, позволили консервативному крылу РКП(б) изолировать и победить Левую Оппозицию внутри партии и Интернационала.

К 1928 году, осмысливая эти тяжелые поражения, различные группы коммунистов-оппозиционеров в разных странах начали связываться и переписываться. Особое значение получили написанные Троцким летом этого года труды: "Проект программы Коминтерна, критика основ" и "Что же дальше". Эти работы имели программное и определяющее значение для всей мировой оппозиции в Коммунистическом Интернационале. Они были подписаны сотнями сосланных коммунистов внутри СССР и посланы от имени исключенной и преследуемой Левой Оппозиции на адрес Исполнительного Комитета Коммунистического Интернационала. Во время Шестого Конгресса Коминтерна летом 1928 г. они получили полулегальное распространение среди делегатов Съезда, вызвав среди них негласное, но тем не менее, страстное обсуждение.

Следует отметить, что двое из делегатов Конгресса: Джеймс П. Кэннон от Американской КП, и Морис Спектор от Канадской КП, получив по оплошности сталинских организаторов переведенную на английский язык работу Троцкого, были как бы оглушены силой критики, забросили обычную рутину заседаний, стали усиленно изучать документы, и по приезде назад в США и в Канаду, начали организовывать кружки оппозиции вокруг программы Троцкого.

Высылка Троцкого из пределов СССР в январе 1929 г. не изолировала его, как рассчитывал Сталин, а, наоборот, дала ему возможность начать организацию небольших разрозненных групп, кружков и отдельных коммунистов в международную организацию, связанную программой и принципами.

В первые годы своего существования, до победы Гитлера в Германии, оппозиция большевиков-ленинцев считала себя фракцией, хотя и нелегальной, внутри Третьего Интернационала, и имела установку на реформу Интернационала, исправление его линии, переорганизацию и очищение его кадров.

Международная Левая Оппозиция обращалась к передовым рабочим, организованным в коммунистические партии с критикой ультиматистской, сектантской линии Коминтерна. Указывая на опасность фашизма, Левая Оппозиция пыталась объединить коммунистических и социал-демократических рабочих в единый фронт борьбы. Внутри СССР, Левая Оппозиция поддерживала стратегию индустриализации и коллективизации, но указывала что бюрократический метод Сталина, — насильственная коллективизация, не обеспеченная материальными предпосылками, отсутствие предварительной подготовки и плана, заглушение независимой критики со стороны масс, преследование именно той партийной фракции, которая уже несколько лет последовательно указывала на необходимость плановой индустриализации, полицейские меры поголовного раскулачивания, — что этот метод ведет к ослаблению пролетарской диктатуры и к хозяйственным катастрофам.

Зарождение Четвертого Интернационала

Победа Гитлера и сдача КП Германии без боя вынудили Международную Левую Оппозицию сделать переоценку Коминтерна. Заключив, что реформа Коминтерна невозможна, троцкисты изменили свою программу и повели курс на организацию нового, Четвертого Интернационала. Новые преступления сталинизма: с одной стороны, отход от самостоятельно классовой программы к политике реформ капитализма, Народных Фронтов и поддержки статус кво в Европе, с другой - повальное уничтожение поколения Октябрьской Революции, означали, что Коминтерн погиб для нужд мировой революции и превратился в агенство сталинской бюрократии и мировой реакции. Между сталинизмом и мировым революционным движением протекла река крови преданных и убитых Сталиным коммунистов и рабочих активистов всего мира.

Но хотя Коминтерн стал орудием контрреволюции, социальный строй в СССР не вернулся к капиталистическому режиму. Общественные отношения внутри страны становились все более противоречивыми. Неравенство социальных слоев ширилось, общественное хозяйство было перекошено в своем развитии в целях обеспечения партийной и государственной бюрократии особыми благами и привилегиями, антинародная полицейская диктатура ужесточалась. Троцкий призывал пролетариат СССР провести политическую, но не социальную революцию, свергнуть сталинскую бюрократию, очистить Советы от мелкобуржуазного засилия реакционных чиновников, исправить плановое хозяйство СССР с точки зрения рабочего класса и трудового крестьянства.

Левая Оппозиция продолжала защиту Советского Союза от международного капитализма. Но ее план коренным образом отличался от методов Сталина. Марксисты понимали, что единственный действительный союзник завоеваний Октября - это международный пролетариат, сознательно борющийся за свое освобождение. Защита СССР являлась частью развития и распространения мировой социалистической революции. Как неоднократно выражался Троцкий, методы и тактика этой защиты должны подчиняться главной стратегической цели так же, как часть подчиняется целому.

В феврале 1938 года, в самый разгар кровавых истреблений борцов Октябрьской революции в застенках ГПУ, Троцкий писал:

"Освобождение рабочих может быть только делом самих рабочих. Нет поэтому большего преступления, как обманывать массы, выдавать поражения за победы, друзей за врагов, подкупать вождей, фабриковать легенды, ставить фальшивые процессы, — словом, делать то, что делают сталинцы. Эти средства могут служить только одной цели: продлить господство клики, уже осужденной историей" и "Допустимы и обязательны те и только те средства, — отвечаем мы, — которые сплачивают революционный пролетариат, наполняют его душу непримиримой враждой к угнетению, научают его презирать официальную мораль и ее демократических подголосков, пропитывают его сознанием собственной исторической миссии".
Тридцатые годы являлись периодом тяжелых политических поражений мирового пролетариата: в 1933 г. Гитлер победил и уничтожил организации германского пролетариата; Испанская революция была изолирована и предана во имя сталинского союза с европейскими демократиями и поддержки статус кво в Европе; убийство миллионов коммунистов и всех наиболее сознательных свидетелей Октябрьской Революции нанесло непоправимый удар по общественному сознанию советского и всемирного пролетариата. Троцкистские кадры были немногочисленны и организационно слабы на фоне замешательства, пессимизма и апатии масс. Но, они приняли на себя ответственность за революционное руководство. В "Переходной программе" Троцкий писал:
"Четвертый Интернационал уже возник из больших событий: величайших в истории поражений пролетариата. Причина этих поражений — в перерождении и измене старого руководства. Классовая борьба не терпит перерыва. Третий Интернационал, вслед за Вторым, умер для революции. Да здравствует Четвертый Интернационал".
Летом 1938 года, 21 представитель от одиннадцати национальных секций Левой Оппозиции собрались возле Парижа и приняли решение учредить Четвертый Интернационал. Бедный кадрами и политическим аппаратом, Интернационал был богат программой, принципами, опытом, традициями. Вокруг его знамени предстояло собраться авангарду пролетариата всего мира. Но пока, крохотные секции ЧИ жили под огромным давлением со всех сторон: в Германии, Италии и оккупированных фашизмом странах за ними охотились силы Гестапо; в СССР, Испании и областях оккупированных Сталиным, их преследовали палачи ГПУ; в "демократических" странах их подстерегали шпионы Сталина, на них нападали местные компартии, их легально ограничивали полицейские и государственные учреждения, и они находились под постоянным давлением продажной прессы, церкви и других столпов капиталистического общественного мнения.

Американская секция Четвертого Интернационала

Северо-американские группы сторонников Льва Троцкого и Левой Оппозиции начали серьезную организацию в 1928 г. Как указано выше, принципиальной программой групп оппозиции послужили документы критикующие программу Шестого Съезда Коминтерна и политику Сталина-Бухарина.

В первые годы, американская оппозиция формировалась в основном из оппозиционно настроенных членов Компартии Соединенных Штатов. Осенью и зимой 1928-29 гг. Кэннон, Шахтман, Эберн, несколько других руководителей и десятки рядовых членов Компартии были исключены из партии за открытую защиту Троцкого. Они основали Коммунистическую Лигу Америки и начали публиковать теоретические и политические документы Левой Оппозиции. В течение нескольких следующих лет Коммунистическая Лига занималась теоретическим опровержением лжетеорий "Третьего Периода", "социал-фашизма", "социализма в одной стране". Сталинцы и социал-реформисты более или менее успешно изолировали рабочие массы от воздействия троцкистов. Идя против течения, кружки и группы троцкистов вели вынужденно пропагандистскую, кружковую, индивидуальную работу. Во время этого периода, примерно до 1933 года, партия могла завоевывать лишь единичных членов, в основном интеллигентов, некоторых молодых рабочих и студентов, тянувшихся к теоретическому объяснению исторических проблем и поражений мирового рабочего движения.

Это были годы необходимого воспитания будущего авангарда американского рабочего класса, годы вынужденного одиночества, плавания против течения. Но такая идеологическая работа не могла сама по себе привлечь к партии широкие рабочие массы. Лишь в 1933-34 годах Коммунистическая Лига смогла сделать значительный поворот в сторону масс.

Во-первых, Международная Лига Коммунистов-Интернационалистов, как называлась международная организация в то время, оказалась во всеоружии своей теории и перспектив во время победы Гитлера: Троцкий заранее объяснил сущность фашизма, указал на меры борьбы с ним. Поражение германского рабочего класса встряхнуло мировое движение пролетариата; вина Третьего и Второго Интернационалов была слишком явна; предупреждения Троцкого и Левой Оппозиции били в лицо.

Во-вторых, европейский пролетариат, опустившийся после поражения Английской Всеобщей стачки 1926 года и провала Китайской революции в 1927 году, стал двигаться вперед против застоя и упадка, которыми характеризовался весь период после Первой Мировой войны. В Испании, в 1931 году разразилась революция и весь европейский рабочий класс начал морально оправляться и активизироваться.

Во-третьих, в Соединенных Штатах начало пробуждаться и шириться движение масс против последствий Великой Депрессии: политическое движение безработных, стачка текстильщиков в Пэттерсон, некоторые другие стачки в которые с успехом включились молодые троцкисты. В 1934 году волна забастовок пронеслась по Соединенным Штатам и члены Коммунистической Лиги возглавили важную стачку транспортных рабочих в г. Миннеаполис.

Внутри партии (и всей Международной Коммунистической Лиги) началась борьба против вынужденного последствия долгого одиночества — против сектантства. Были члены, до того гордые чистотой своих рядов, что они отказывались повернуться к "грязным" массам, начать рекрутировать рабочих в момент борьбы классов.

Как указано выше, победа фашизма в Германии встряхнула рабочее движение во всем мире, сделала рядовых членов сталинских партий несколько более восприимчимыми троцкистской пропаганде, вызвала лево-радикальное брожение среди рядовых членов социал-демократических партий, в особенности среди молодых рабочих и студентов. В ряде социалистических партий и синдикалистских движений произошли расколы, указывающие на заметное движение передовых масс влево.

Тактика "французского поворота"

По совету Троцкого, троцкистские группы в ряде стран переменили свою тактику и начали с переменным успехом так называемый "французский поворот". В 1934 г. во Франции, троцкистская группа вошла, как организованная фракция в Социалистическую партию и пыталась воздействовать на ее левое крыло. Осенью 1934 г., Коммунистическая Лига Америки объединилась с равной ей по размеру Американской Рабочей Партией в одну организацию, получив таким образом доступ к более широким массам рабочих. Новая организация была названа Рабочей Партией; из-за высокого теоретического и идеологического сплочения троцкистской фракции, политика новой группировки получила солидную марксистскую подковку.

В 1936 году, перед троцкистами Соединенных Штатов появилась еще одна возможность более тесного соприкасания с массами радикальных рабочих. Довольно крупная реформистская Социалистическая партия Нормана Томаса объединяла радикально настроенных рабочих и молодежь с пацифистами, религиозными мистиками, воскресными ораторами, синдикальными и кооперативными реформистами, и прочими "прогрессивными" и "левыми". Под влиянием победы фашизма в Германии и Австрии, подталкиваемая массовыми сидячими стачками во Франции и расширяющимся рабочим движением в США, потрясенная началом Испанской революции и Гражданской войны, эта партия выявила сильно растущее левое крыло, которое овладело руководством партии. Нужно было использовать брожение внутри Социалистической партии, и руководство Кэннона-Шахтмана повело курс на организованное вступление членов Рабочей партии в Социалистическую партию для немедленной пропаганды среди масс радикальных рабочих и интеллигенции.

В июне 1936 года конференция Рабочей партии решила войти в Социалистическую партию. Некоторые члены партии, Мости и Эберн среди них выступили против этого шага но огромное большинство партии поняло этот шаг, как возможность огромной победы троцкизма. Кэннон, ведущий руководитель американского троцкизма вспоминает в своей книге "История американского троцкизма":

"Мы вошли в Социалистическую партию уверенно, потому что мы знали, что наша группа дисциплинирована, что у нас есть программа, которая должна в конечном итоге победить. Когда, через короткое время, лидеры Социалистической партии начали сожалеть обо всем этом, передумывать свое решение принять нас, было уже слишком поздно. Наши люди уже были внутри Социалистической партии и начали свою работу внедрения в местные организации. В последнем номере газеты "Militant", в июне 1936 г. мы опубликовали заявление, что мы вступаем в Социалистическую партию и прерываем публикацию газеты. Мы открыто объяснили нашу линию, чтобы никто нас превратно не понял; чтобы ни у кого не было повода сказать, что мы капитулируем, что мы отходим от коммунизма. Мы сказали: "Мы входим в Социалистическую партию такими, какие мы есть, с нашими идеями". Эти победоносные идеи шли завоевывать массы. И перед нами предстоял год плодотворной работы внутри Социалистической партии" (The History of American Trotskyism, Pathfinder Press, 1972, pp. 232-3).
Троцкисты провели год в Социалистической партии. Они использовали обширный форум этой массовой партии для опровержения зловестных Московских Процессов, которые истребили всех соратников Ленина. Кэннон и Шахтман организовали Комитет под руководством известного философа Джона Дьюи, который провел обширное расследование сталинских обвинений против Троцкого и заключил, что они беспочвенны и являются страшным судебным подлогом. Троцкисты провели внутри партии обширную кампанию пропаганды для обучения тысяч в прошлом платонических сторонников социализма революционной программе марксизма, для рекрутирования сотен новых членов троцкистского движения. Кэннон, Шахтман и их единомышленники смогли завоевать для социализма большинство революционно настроенных рабочих членов Соц. партии и перетянули на сторону троцкизма большинство ее молодежной организации.

Осенью 1937 года "демократическое" крыло Социалистической партии исключило членов партии-троцкистов. Исключенные члены и целые партийные комитеты быстро организовались и учредили новую троцкистскую партию в Соединенных Штатах - Социалистическую Рабочую партию. Социалистическая партия зачахла, и никогда больше не представляла никакой притягательной силы для социалистических рабочих Америки. Американский троцкизм вышел из "французского поворота" окрепшим политически, идеологически и численно.

СПР расширила работу среди пролетариата, организовала сильные партийные фракции в важнейших видах промышленности: в транспорте, в торговом флоте, в сталелитейной и механической промышленности, в автомобильной промышленности. СРП стала ведущей секцией Четвертого Интернационала и, с началом Второй Мировой войны, смогла принять на себя тяжелую роль центрального организатора и защитника мирового троцкистского движения.

Вторая Мировая война

Начало войны не застало партию врасплох. Политический анализ Троцкого заранее вскрыл шаткость европейской системы союзов и антагонизмов; теоретический анализ сталинизма предвидел возможность перехода Сталина на сторону Гитлера.

Но социальный состав партии затруднял работу: количество интеллигентов в СРП местами превышало число рабочих; долгие годы в одиночестве, с одной стороны, политическая незрелость американского пролетариата, с другой, плохо отражались на классовом составе членов партии. В г. Нью Йорке было сравнительно много интеллигентов, недостаточно окруженных пролетарскими кадрами. Пока СССР был на стороне демократий и статус кво, интеллигентские элементы партии могли стоять за защиту рабочего государства. Но когда в августе 1939 г., Сталин побратался с Гитлером против буржуазных демократий, мелкобуржуазное окружение и общественное мнение свалились огромной тяжестью на более восприимчивых и менее выдержанных мелкобуржуазных радикалов, не переваренных еще в пролетарском котле партии.

Весь сборник "В защиту марксизма" рассказывает об истории внутрипартийной борьбы в этот начальный период войны. Пересказывать ее нет надобности.

После раскола, Социалистическая Рабочая партия продолжила свое внедрение в глубину американского пролетариата. Она поддерживала стратегию революционного пораженчества во время Второй Мировой войны, разоблачая империалистические цели американского и союзнических правительств, но выступая за защиту СССР и Китая. Летом 1941 года американское правительство обвинило лидеров партии и профсоюза транспортников в г. Миннеаполис (бывшего под руководством троцкистов со времени знаменитой стачки 1934 г.) в государственной измене за их революционную пропаганду. Поведение троцкистов на суде и в тюрьме было безупречным, совершенно в духе Люксембург и Либкнехта.

В то время как сталинский Коминтерн путал и разоружал рабочий класс, меняя ото дня в день свою стратегическую установку в зависимости от дипломатических нужд Кремля, политика СРП и Четвертого Интернационала показывала пример интернационализма, и обнажала перед всем рабочим классом социал-шовинизм "Коммунистических" партий, которые, заключив перемирие с собственной буржуазией, играли роль надсмотрщика над рабочим классом во время Второй империалистической войны.

В Англии, во время волны стачек в начале 1944 года троцкисты приняли активное участие в, и руководство растущей радикализацией пролетариата. Правительство Черчилля с активной поддержкой сталинистов обрушилось на революционное руководство рабочего класса, арестовало четырех лидеров Революционной Коммунистической Партии (британская секция Четвертого Интернационала) и бросило трех из них в тюрьму за марксистскую политику революционного пораженчества.

В Европе, секции Четвертого Интернационала находились во время войны в исключительно тяжелом положении. За исключением Великобритании, им приходилось скрываться в подполье; их преследовало Гестапо, их предавали сталинцы, националисты и буржуазные "демократы". В Бельгии троцкистам удалось начать революционно-пораженческую агитацию среди немецких солдат, и некоторое время выпускать подпольную газету "Рабочий и солдат".

Конец Второй Мировой войны

Исход Второй Мировой войны оказался для Четвертого Интернационала непредвиденным. Европейский капитализм был весьма слаб по окончании Второй Мировой войны. Полицейская диктатура внутри СССР тоже была ослаблена: советский народ ожидал, что победа над фашизмом принесет свободу от террора ГПУ и настоящее социальное равенство. Но, несмотря на ожидания Троцкого, поражение фашизма в Европе не привело к социалистической революции в капиталистических странах, и к политической революции в СССР. Сталинизм и империализм поддержали один другого в этот опасный для обоих момент. Сталин приказал коммунистическим партиям Запада поддержать восстановление "демократии" во Франции, Италии, Греции, и других странах; взамен, Трумен и Черчилль отдали Сталину пол-Европы.

Рабочий класс всего мира вел массовые классовые бои, капитализм и колониализм потеряли авторитет; но сталинистское руководство отвело боевое настроение пролетариата в русло реформизма. "Социалистические" и лейбористские правительства ряда стран (Франции, Италии, Великобритании), так же как и профсоюзные лидеры США, убедили рабочий класс удовлетвориться экономическими завоеваниями. Мировая капиталистическая система, поставленная на долларовый паек Плана Маршалла, под контролем мирового экономического господства Соединенных Штатов, смогла выйти из острого положения, зализать раны войны, и расшириться на основе инфляционных государственных бюджетов, умножения кредитных инструментов и взаимных, головокружительно растущих долгов.

Сталинизм расширился в Восточную, Южную и Центральную Европу. По приказу Кремля, при пассивной поддержке рабочего класса, под наблюдением палачей НКВД и Советской Армии, в Венгрии, Польше, Чехословакии, и других странах Восточной Европы у власти встали сталинистские режимы, проводившие национализацию и установившие режим бюрократического хозяйственного планирования. В Китае, из-за слабости местной буржуазии и бессилия империализма, победили и взяли власть крестьянские армии Мао Дзе Дуна.

Паблоизм — расстройство Четвертого Интернационала

В условиях стабилизации капитализма и видимых успехов сталинизма, внутри Четвертого Интернационала образовалось оппортунистское крыло, принявшее эту временную стабилизацию за перманентный и закономерный феномен. Троцкий определил сталинизм как временный рецидив на дороге к социализму, как контрреволюционное агенство империализма в рабочем движении. В 1949, и снова в 1951 гг. лидер Интернационального Секретариата Четвертого Интернационала, Мишель Пабло начал утверждать, что сталинизм является закономерной фазой на дороге к социализму, что сталинские государства будут расширяться и распространяться, что эти уродливые, антирабочие, полицейские режимы протянутся веками. Пабло даже дошел до гротескной пессимистической теории о ядерной войне-революции между системами сталинизма и империализма, оправдывая этим видением свою установку на поддержку сталинизма. Пабло и Эрнест Мандель утверждали, что смерть Сталина в 1953 году открыла процесс "самореформы" сталинизма влево.

Коренная установка троцкизма была и есть — построение революционной партии и завоевание руководства мирового пролетариата. Концепция паблоизма напротив настаивала, что сталинизм или мелкобуржуазный национализм могут сыграть прогрессивную роль в переходе от капитализма к социализму, что роль троцкизма в условиях продолжающейся изоляции революционных элементов, заключается в критике, в подталкивании этих "массовых течений" влево. В начале 50-х годов, Пабло, Пьер Франк, Эрнест Мандель и многие другие лидеры сдались перед кажущимся всемогуществом сталинизма, и повели 4 Интернационал к серии самоликвидаций.

Они использовали свой авторитет и авторитет Интернационала, и дали указания секциям ЧИ ликвидировать собственные организации и влиться в те или другие сталинистские партии. Разница между тактикой "французского поворота" в 30-е года и паблоистской стратегией "интеграции в массовых движениях" заключается в следующем. Во-первых, в 1930-е годы некоторые социал-демократические и центристские массовые партии являлись аморфными, водянистыми организациями, часто без определенной программы, традиций или окраски. Сталинисты и мелкобуржуазные националисты 50-х и 60-х годов имели определенную контрреволюционную традицию. Во-вторых, после победы Гитлера, во Французской, Американской и некоторых других соц-партиях выросло сильное левое крыло, которое нужно было перехватить у социал-демократов и сталинцев, и направить к революционному марксизму. В послевоенный период, в условиях всемирной стабилизации капитализма и роста оппортунизма реформистские течения сталинцев и социал-демократов могли успешно подавлять и изолировать любую критику слева.

Третьим и самым главным различием было то, что "французский поворот" являлся временной тактикой, подчиненной стратегии завоевания передовых масс под знамя троцкизма. Паблоистское мировоззрение, напротив, придавало ведущую прогрессивную роль сталинизму или мелкобуржуазному национализму. Троцкизм рассматривался лишь как движение давления и левой критики. Согласно Пабло и его приспешнику Эрнесту Манделю, Четвертому Интернационалу предстояло раствориться в массовых сталинистских или национально-освободительных движениях.

Международный Комитет Четвертого Интернационала (МКЧИ)

В 1953 году, ортодоксальные троцкисты восстали против этой оппортунистской линии. Джеймс Кэннон выпустил "Открытое письмо" к троцкистским партиям всего мира и организовал, вместе с большинством французских, британских и некоторых других секций Четвертого Интернационала, Международный Комитет, как новый организационный центр революционного марксизма.

Развития за последние сорок лет оправдали этот шаг. Сталинизм снова и снова предал революционные попытки пролетарских масс в передовых капиталистических странах: в Италии, массовая Компартия заняла роль лояльной оппозиции, и своей пассивностью привела к нынешней опасной ситуации, когда фашисты снова занимают место в правительстве; огромная Французская КП спасла капиталистический режим после войны, и много раз с тех пор, например в мае 1968 года.


Послевоенная Франция отличалась весьма низким уровнем жизни трудящихся масс и отсутствием политической стабильности. В мае 1968 года массовые студенческие протесты во Франции были поддержаны огромными сидячими забастовками пролетариата, повальными уличными демонстрациями и баррикадными боями. Полиция, жандармы и войска оказались бессильными изолировать и подавить это движение; средние классы и общественное мнение были на стороне забастовщиков и студентов. В конце мая Президент Шарльз ДеГолль испуганно бежал со всей своей семьей во французский военный гарнизон в Германию.

В этот момент в дело вмешался Кремль и Французская Компартия. Поскольку ДеГолль заигрывал с СССР и вел антиамериканскую политику, Кремль отдал приказ французским сталинистам остановить грядущую революция. ФКП заключила сделку с буржуазией и, взамен за существенные экономические уступки рабочим, помогла восстановить капиталистический режим.


В отсталых странах, мелкобуржуазные националисты, с помощью сталинистов и лже-троцкистских паблоистов повторно свели массы с революционной дороги и завели их в тупик реформ, сосуществования с империализмом и иллюзорных программ национального обособленного развития.

Международный Комитет вел свою работу защиты теоретических установок троцкизма в исключительно тяжелых условиях. Послевоенный бум и смягчение классовой борьбы в передовых капиталистических странах, с одной стороны, успехи сталинизма и мелкобуржуазного национализма, с другой, объединились в огромное консервативное давление на скромные кадры троцкизма. Это давление отразилось в сравнительной изоляции секций МКЧИ, субъективизме, расколах, потере кадров, и прочих язвах стагнации. Расколы часто происходили по второстепенным причинам, не были достаточно освещены в документах. В 1971 году французская секция МКЧИ, Organisation Communiste Internationaliste порвала с МКЧИ без достаточного прояснения разногласий. Были другие индивидуальные и субъективные расколы. В начале 80-х годов руководство WRP, британской секции МКЧИ, бывшей крупнейшей и наиболее авторитетной секцией, поступилось принципами перманентной революции и повело примиренческую, по отношению к арабским мелкобуржуазным националистам, линию. Вождь WRP, Джерри Хили, покинул почву диалектического материализма, и начал с помощью выспренных и запутанных рассуждений о диалектике оправдывать предательство троцкистской программы и свои тайные и продажные связи с арабскими буржуазными режимами.

Но поворот во всей международной обстановке остановил дальнейшее расстройство Четвертого Интернационала. Победа Национального Фронта Освобождения во Вьетнаме и хомейнизма в Иране оказались последними политическими успехами сталинизма и мелкобуржуазного национализма. В 1980-е годы структурный кризис всей мировой системы капитализма стал определяющим фактором мировой ситуации.

Период бесспорного мирового хозяйственного господства Соединенных Штатов подошел к концу. Долгий период послевоенного бума покоился на этой гегемонии и на системе круговых задолженностей, бюджетных дефицитов, "волшебном" росте спекулятивных ценностей на мировых биржах, непогашенных кредитах, монетарных инструментах и так далее. Но все эти меры лишь откладывали, и не могли предотвратить крах экономической системы. В начале 1980-х годов, из мирового кредитора Соединенные Штаты стали величайшим должником. В политической сфере, это означало что из стабилизирующей силы США превратились в огнеопасный и взрывчатый фактор.

Во-первых, капиталисты передовых стран оказались вынужденными усилить атаки на свои собственные рабочие классы. Во-вторых, мировые империалистические агенства (Мировой Банк, Международный Валютный Фонд, Парижский Клуб и другие) начали урезывать пайки, которые они выплачивали местной буржуазии отсталых стран. В-третьих, империалисты усилили давление на сталинистские режимы с целью вернуть огромную часть Земного Шара в сферу своей непосредственной эксплуатации. Все классовые вопросы заострились и приняли отчетливо международный характер.

В 1985 году гнилой нарыв внутри WRP прорвался и началась открытая борьба между лживыми и настоящими троцкистами внутри МКЧИ. Впервые с 1939-40 годов, эта борьба проходила в открытую, с документами в руках, перед лицом передовых кадров троцкизма всего мира. Ведущую роль в борьбе играл Дэвид Норт, руководитель американской Рабочей Лиги, который, начиная с 1982 года подметил фальш и субъективизм в философском и политическом методе Джерри Хили и других руководителей WRP.


Рабочая Лига Соединенных Штатов состоит в политической солидарности с МКЧИ. Из-за реакционного закона Вурхиса, Рабочая Лига не может формально состоять в международной коммунистической организации.

Документы этой борьбы огромны, часть их уже опубликована на русском языке в журнале МКЧИ "Бюллетень Четвертого Интернационала". МКЧИ также готовит к публикации перевод книги "Наследие, которое мы защищаем", 500-страничную работу Дэвида Норта об истории Четвертого Интернационала. Основные перспективные тезисы МКЧИ, принятые в августе 1988 г. и сегодня сохраняют огромное значение. Вот некоторые из них:

"В учредительном документе Четвертого Интернационала Троцкий изложил два взимосвязанных тезиса. Он охарактеризовал эту эпоху, как эпоху смертельной агонии капитализма. В то же время он заявил, что кризис человечества является в сущности кризисом революционного руководства в рабочем классе. Содержание первого тезиса, это объективный исторический анализ безнадежно неразрешимых противоречий мирового капитализма. Во втором тезисе содержалось предупреждение, что разрешение этого исторического кризиса на социально-прогрессивной основе в конечном итоге зависит от построения Четвертого Интернационала"("Мировой кризис капитализма и задачи Четвертого Интернационала", стр. 16).

В главе

"Объективные причины нового революционного кризиса"

МКЧИ заявлял:

"Пропагандисты буржуазии ухватились за видимый кризис международного рабочего движения, чтобы объявить новый золотой век капитализма. Но несмотря на громадный рост обнищания, буржуазия не смогла выкарабкаться из углубляющегося кризиса всей капиталистической системы. Кризис, который стоит перед буржуазией всего мира, имеет исторический и системный, а не только конъюнктурный характер.

"Снижение нормы прибыли в 70-е годы и общий экономический упадок стали импульсом для взрывного повышения активности транснациональных корпораций. Это привело к беспрецендентной интеграции мирового рынка, к интернационализации производства. Aбсолютное и активное преобладание мирового хозяйства над всеми национальными, включая и хозяйство Соединенных Штатов, это основной факт современной жизни. Технологические открытия, связанные с открытием и усовершенствованием микросхем, произвели революционные преобразования в сети коммуникаций, которые в свою очередь ускорили процесс глобальной экономической интеграции. Но эти экономические и технологические открытия не открыли новые горизонты перед капитализмом, а напротив подняли до небывалой высоты фундаментальные противоречия между мировым хозяйством и капиталистической системой наций-государств, между социальным производством и частной собственностью.

"Феномен громадных транснациональных корпораций и глобализация производства, тесно связаны с другим, глубоко революционным фактором: потеря Соединенными Штатами их глобальной экономической гегемонии в ее сравнительном и абсолютном исчислении. Это историческое изменение в мировой позиции империализма СШA, выражается в его трансформации из основного мирового банкира, в главного мирового должника; оно служит подоплекой драматического понижения в жизненном уровне рабочего класса и должно вести к периоду революционных классовых битв в СШA.

"Третий фактор, проявляющий бесповоротную поломку всех экономических и геополитических конструкций послевоенного перестройства мирового капитализма под гегемонией СШA — это взлет Японии, как самой могучей индустриальной силы и величайшего экспортера капитала. Она оспаривает американский капитализм во всех уголках мира. Конфликт между СШA и Японией это самое взрывчатое, но вовсе не единственное выражение постоянно ухудшающихся интер-империалистических антагонизмов. Старый послевоенный "Aтлантический Союз" рвется по швам; европейская буржуазия пытается преобразовать Европейское Сообщество в торговый и финансовый блок, способный соревноваться и с японским и с американским капиталом. В этом и есть значение планов основать к 1992-му году единый европейский рынок.

"Четвертый фактор громадного революционного значения, это необычайно быстрое развитие хозяйств азиатского побережья Тихого Океана. Оно породило большие рабочие классы, которые уже подталкиваются в борьбу с местной буржуазией, позиция которой полностью зависит от невозможно больших рынков экспорта. Движение рабочего класса в Южной Корее, подчеркивает выход на арену мировой революции молодых, но сильных батальонов индустриального пролетариата по всей Aзии. Кроме того, экспорт капитала империалистами породил такие новые батальоны рабочего класса не только в Aзии. Этот же процесс ускоренно идет в Aфрике и в Латинской Aмерике (особенно в Мексике).

"Пятый фактор на который мы обращаем внимание — это обнищание отсталых стран и крушение бесчисленных схем "развития" бессильной местной буржуазии. Страны Латинской Aмерики, Aфрики, и Индийского субконтинента, хотя и не одинаковы по своему индустриальному и общему экономическому развитию, но все представляют собой социальные пороховые бочки. Социалистическая революция — единственный выход из страданий и унижений, порожденных империализмом и политикой его национальных буржуазных сподручников.

"И наконец шестой фактор, о котором мы уже говорили, это революционные последствия текущие от поворота всех правящих сталинистских бюрократий в Советском Союзе, Восточной Европе и в Китае, к методам рыночного хозяйства. Вследствие поощрения капиталистических отношений сталинистской бюрократией в Китае, там возродились формы нищенства, не виданные за больше, чем 35 лет. Инфляция и безработица уже чувствимы. Как показали недавние забастовки в Польше, рабочие в странах под правлением сталинистов не примут возрождение капитализма мирно и спокойно".

МКЧИ является единственным из всех течений, претендующих на марксизм или троцкизм, которое правильно оценило поворот сталинистских бюрократий к программе реставрации капитализма. Заявление МКЧИ в марте 1987 года объяснило что горбачевская программа "гласности" и "перестройки" состоит из двух взаимозависимых элементов: 1) внутри страны, действия Горбачева пытались развить и усилить социальные слои новой буржуазии и мелкой буржуазии, которая будет являться новой социальной подпоркой бюрократии; и 2) в международном масштабе, сталинистская бюрократия отбросила самостоятельную геополитическую линию и повела курс на интеграцию советского хозяйства в систему мирового капитализма. (cf. "What Is Happening In the USSR?").

В 1989 году один из руководителей МКЧИ, Дэвид Норт написал книгу "Перестройка против социализма", детально объясняющую реставрационную политику Горбачева. Эта книга была опубликована на русском языке в новом журнале МКЧИ "Бюллетень Четвертого Интернационала" #1, январь 1990 г.

Перерождение Социалистической Рабочей Партии

А что же произошло с Социалистической Рабочей Партией? "Открытое письмо" стало лебединой песней Джеймса Кэннона. Привилегированная позиция американского пролетариата в послевоенный период всеобщего бума постепенно выхолостила из Социалистической Рабочей Партии ее революционную искру. К концу 50-х годов, СРП поддалась влиянию американского партикуляризма, потеряла веру в революционный потенциал пролетариата и начала приспособляться к "прогрессивным" движениям мелкой буржуазии и различных национально освободительных движений. По мере того как старое поколение американских троцкистов, поколение Кэннона, Винсента Дана, Фарела Добса и других сошло со сцены, СРП отошла даже от формальной приверженности программе троцкизма.

Под влиянием долгого бума и консерватизма американского пролетариата, СРП перенесла свои надежды на мелкобуржуазных революционеров типа Фиделя Кастро или Патриса Лумумбы. Позабыв уроки марксистской диалектики, выученные в 1939-40 гг., руководство СРП эклектически отделило Кубинскую революцию, освободительные движения в Конго, Алжире и т. д. из всей мировой ситуации. Эти движения выросли и имели успех в результате временного равновесия между империализмом и сталинизмом. Но стабильность сталинизма и успехи мелкобуржуазных радикалов имели временный и противоречивый характер. Паблоистские выводы, будто такие победы национально-освободительного движения снимают с порядка дня необходимость в настоящем революционном руководстве являлись смертельно опасными для мирового марксизма.

Такие настроения в СРП естественно привели к порыву связей с Международным Комитетом, и в 1963 году СРП перешла на сторону Интернационального Секретариата, переименованного в Объединенный Секретариат. Следует напомнить читателю, что из-за реакционного американского закона (Акт Вурхиса) формально СРП не могла вступить членом в международное социалистическое объединение.

Объединенный Секретариат, группа Посадас, Спартаковцы и паблоизм вообще

Объединенный Секретариат на сегодняшний день является конфедерацией партий, выросших из приспособления к сталинизму и мелкобуржуазному движению национального освобождения. В 1969 году они опубликовали в журнале "Quatrieme Internationale" обзор своей истории, написанный одним из ведущих руководителей Об. Сек-та Пьером Франком.

Этот господин так суммирует мировую ситуацию:

"1. Огромный сдвиг общей расстановки сил в международном масштабе в сторону социализма.

"2. Огромный толчок колониальной революции, которая ныне распространяется с одного колонизированного континента на другой; вспышка Корейской войны в 1950 г.; продолжение Вьетнамской революции, сначала против французского империализма, затем, против американского; расширение колониальной революции в Латинскую Америку и победа социалистической революции в Кубе в 1959 г.; распространение колониальной революции на Ближний Восток, в Северную Африку в 50-е годы, затем в черную Африку начиная с 1960-го года.

"3. Расширение кризиса сталинизма". ("The Fourth International", Ink Links, 1979, p. 73).

Господин Франк дальше ссылается на доклад Эрнеста Манделя на пятом съезде Об. Сек-та в октябре 1957 г. по вопросу о сталинизме и "рабочих государствах" (обычно троцкисты говорят "перерожденные" или "извращенные рабочие государства"). Мандель доложил о различных маневрах сталинистов, разных расколах и извилинах в их линии, заключив, что "исключая весьма невероятное военное поражение в ходе мировой войны, в будущем нет опасности реставрации капитализма в Советском Союзе". Съезд принял эту резолюцию (там же, стр 98). Следует, к слову, заметить, что эта мысль буквально повторяет тезис Сталина и Бухарина о возможности построить социализм в отдельном СССР.

Через тридцать лет, в 1988 году господин Мандель написал целую книгу о Горбачеве, "После перестройки; будущее горбачевского СССР". В этой книге Мандель описывает процесс де-сталинизации, демократизации, политического плюрализма, призывает к критической поддержке Горбачева и высмеивает "смехотворную теорию, что советский вождь пытается восстановить капитализм в Советском Союзе" ("Beyond Perestroika", Verso, 1989, p. 129).

В общем и целом, Объединенный Секретариат выражает глубинные интересы империалистической буржуазии, подкладывается к общественному мнению европейских капиталистических стран.

Группа Посадас, по имени ее основателя и руководителя Хуана Посадас, выделяется несколько другой, более грубой и примитивной формой оппортунизма. Это течение начинает и кончает приспособлением к национально освободительному движению в колониальных и полуколониальных странах Латинской Америки, Африки и Азии. Оно отделилось от Об. Сек-та в конце 50-х и в начале 60-х годов, провозгласив что радикальные партизаны типа Че Гевара выражают собой новейший идеал революционеров. Эта группа самоликвидировалась в различные партизанские движения Латинской Америки.

Третьим видом оппортунизма можно назвать Международную Спартаковскую Лигу. Они характерны очень "гррромкими" "рррррреволюционными" фразами, фасадной "троцкистской" ортодоксальностью и правоверностью, скрывающими полнейшее пресмыкание перед ежовыми рукавицами сталинизма. Они оправдывают любое преступление бюрократии против рабочего класса и угнетенных народов: подавление многомиллионного движения Солидарности в Польше в 1981 году, вторжение Советского Союза в Афганистан, акции КГБ против инакомыслящих либералов или националистов, и пр. В августе1991 года они критиковали ГКЧП за его нерешительность в проведении государственного террора. В то же самое время, их агитация и пропаганда, лишенная какого либо воспитательного содержания, ограничивается громкой фразой. Эти горе-троцкисты не отличают революционный Красный террор Ленина и Троцкого времен революции и Гражданской войны от контрреволюционного террора Сталина-Брежнева-Горбачева.

Все эти виды, и не упомянутые здесь за нехваткой времени, подвиды паблоизма характерны приспособлением к существующим фактам. Они поддались давлению империализма, мелкобуржуазного национализма или сталинизма.

Бюрократия, как новый класс, или теория "государственного капитализма"

Для полноты нашего обзора споров о природе советского государства в рядах и вокруг марксистского движения следует затронуть различные теории советской бюрократии как "нового класса".

Во-первых, надо констатировать, что марксисты всегда сознавали трудность построения бесклассового общества. Маркс и Энгельс преднамеренно схематично отделяли низшую стадию — социализм, от высшей стадии — коммунизма. Они понимали, что сразу же после социалистической революции, даже в передовой и культурной стране с преобладанием пролетариата, — условия, которых не было в России, - радикальное правительство стоит перед угрозой перерождения революционеров, воскрешения всей старой мерзости классового общества и реставрации капитализма.

Во время профсоюзной дискуссии в 1920 г. Ленин так определил молодое советское государство: "на деле мы имеем рабочее государство, во-первых, с той особенностью, что в стране преобладает не рабочее, а крестьянское население; и, во-вторых, рабочее государство с бюрократическим извращением". Дискуссии о Термидоре внутри ВКП(б) в 20-е годы пытались определить те границы, где бюрократическое искажение партии и государства качественно изменяется в образование нового класса эксплуататоров. Оппозиционная группа Демократических Централистов под руководством Т. В. Сапронова и В. М. Смирнова уже к 1926 году начала находить советское государство перерожденным из рабочего в бюрократическо-капиталистическое государство.

Троцкий всегда пытался как можно более четко определить экономические и социальные, то есть, классовые факторы; от чисто словесных и терминологических споров перейти к изучению материальных изменений в классовой природе СССР. Он пытался методом анализа нащупать границы сползания советского государства от установок социализма к буржуазному перерождению; он отделял политическое и идеологическое перерождение правящей верхушки и государственно-партийной бюрократии от качественного катаклизма социальной контрреволюции.

В отличие от научного метода Троцкого, в рабочем движении в течении десятилетий образовались много фракций и уклонов, которые, отбросив метод материально-исторического, диалектического анализа, приходили к поверхностным выводам об образовании в Советском Союзе (или в других сталинистских государствах) нового социального правящего класса или даже нового классового строя.

Мы можем отметить в 1920-е годы рост ультра-левых группировок анархо-синдикалистского толка: ДЦ в СССР; Маслов, Рут Фишер в Германии; Амадео Бордига в Италии. В 1930-е годы из-за бюрократизации ВКП(б) и Коминтерна идейный разброд в социалистическом и коммунистическом движении лишь увеличился. В 1939 году итальянский коммунист-оппозиционер Бруно Рицци написал книгу "Бюрократизация мира", в которой он пытался обобщить черты советской, фашистской и капиталистической бюрократий и придать им характер самостоятельного класса.

Под влиянием успехов сталинизма по окончании Второй Мировой войны и распространения сталинизма в Восточную Европу и Китай выросли два взаимозависимых течения ревизионизма. Мы уже рассмотрели первое из них: паблоизм. Второе течение на первый взгляд радикально отличалось от паблоизма. Так называемые "государственные капиталисты", — то есть, сторонники теории государственного капитализма в СССР, Китае, Югославии и прочих сталинистских бюрократических государствах, — утверждали, что в этих государствах образовался качественно новый эксплуататорский класс — бюрократия, и новая классовая система — государственный капитализм.

"Госкапиталисты" много спорили между собой, когда же именно в СССР произошла контрреволюция и к власти пришел новый класс "коллективных капиталистов" — бюрократов. В международной политике, эта позиция открывала им пути сотрудничества с западными империалистами против "советского империализма" на базе нейтралитета, позиции "третьего лагеря", и т. д.

Среди "госкапиталистов" имеются более правые про-империалистические течения типа Милована Джиласа. Есть и более левые, платонические "социалисты-интернационалисты" типа Тони Клиффа. И те и другие весьма близко стоят к социал-демократам разных толков.

Сегодня, мы можем сделать окончательный вывод насчет бесплодности и банкротства этой теории. Если Сталин и советская бюрократия до Горбачева включительно, при наличии всепроникающего, тотального государственного террора все же не могла упразднить основные социальные завоевания российского пролетариата в Октябрьской революции, то как же объяснить сегодняшние процессы социальной контрреволюции, которые имеют место на территории бывшего СССР и других бюрократических государств? Мы ясно видим в действии разницу между сталинизмом — паразитарным наростом на теле рабочего государства, и капитализмом — социальным строем, действующим согласно законам рынка и частной собственности.

Сталинцы и агенты империализма внутри Четвертого Интернационала

Здесь следует упомянуть роль сталинистской и империалистической агентуры в рядах Четвертого Интернационала. Люди, знакомые с историей русского революционного движения, с деятельностью Евно Азефа и Романа Малиновского, не удивятся, когда узнают, что сталинские и империалистические агенты проникли в самый центр троцкистского движения в Европе и в Америке. Шпионы Сталина организовали убийство ведущих борцов Четвертого Интернационала в 30-е годы, подстроили медицинское убийство сына Троцкого, Льва Седова в Париже и убийство самого Льва Троцкого в Мексике.

Проникновение вражеских агентов сталинизма и империализма внутрь ЧИ не закончилось убийством Троцкого, а продолжается и до сегодняшнего дня. Одним из побочных результатов охоты за ведьмами сенатора Джо Маккарти в 1950-х годах явилось разоблачение многих сталинистских шпионов внутри американского социалистического движения, и особенно в СРП. К сожалению, Четвертый Интернационал в то время не придал значения этим важным сведениям и не провел независимое расследование деятельности сталинской агентуры в собственных рядах. Политические настроения среди паблоистов, их приспособление к сталинизму не побуждали к бдительности. Новое расследование шпионажа внутри Четвертого Интернационала выпало на роль Международного Комитета.

В 1975 году МКЧИ начал расследование и через некоторое время нашел сведения, что секретарша Кэннона в Нью Йорке в конце 30-х годов, Сильвия Франклин являлась секретным сотрудником ГПУ. Были также обнаружены потрясающие документальные свидетельства и архивные документы, что один из охранников и секретарей Троцкого в Мексике, Джозеф Хансен, был заслан в троцкистское движение в 1934 году по указанию ГПУ. После удачного покушения сталинцев на Троцкого, Хансен перешел на службу американского госдепартамента и Федерального Бюро Расследования. Он продвинулся в партии, заняв в 60-е годы ведущую роль. Все эти данные были опубликованы Международным Комитетом по мере их обнаруживания. На русском языке часть этих сведений появилась в "Бюллетене Четвертого Интернационала" # 3, за сентябрь 1990 г.

Именно Хансен привлек в СРП тринадцать студентов-осведомителей из небольшого колледжа Карлтон. Все его подопечные были затем выдвинуты в руководство партией и ее организациями. В 1960-70 годы более тысячи агентов и осведомителей наводнили Социалистическую Рабочую Партию и ее молодежное движение. С их помощью американское правительство смогло наблюдать и контролировать радикализацию молодежи во время Вьетнамской войны.

В начале 1980-х годов вождь СРП, Джеймс Барнс (один из бывших студентов из Карлтон) заявил, что "старый троцкизм должен быть погребен", что "СРП должна вернуться к ленинизму" (то есть слиться со сталинизмом). В 1970-80 года почти все старые члены партии, которые еще имели хотя бы платоническую связь с троцкизмом, были изгнаны из партии. СРП потеряла определенную политическую линию и пропаганда этой группы сводится на сегодняшний день к хвалебным воскликам по адресу той или другой мелкобуржуазной радикальной организации в отсталых странах: расхваление Кастро на Кубе, Фронта Сандинистов в Никарагве, Нью Джюел в Гренаде, Фрелимо в Мозамбик, Мандела в Южной Африке, и т. д. СРП откололась от Объединенного Секретариата (паблоистов) и сегодня занимается в основном шпионской деятельностью в пользу империализма (с необходимым литературно-радикальным прикрытием).

Хотя все эти организации (Социалистическая Рабочая партия, различные секции Объединенного Секретариата, Спартакисты, "госкапиталисты" и прочие) формально независимы и враждуют друг с другом, они едины в защите Хансена и других агентов империализма в своих рядах и в нападках на Международный Комитет Четвертого Интернационала.


Мы начали говорить о преемственности марксизма. Сегодня, именно Международный Комитет Четвертого Интернационала и собранные под его руководством члены и сторонники Четвертого Интернационала сохраняют и защищают эту преемственность.


Другие статьи